Поделиться
Россияне все чаще открывают бизнес на Ближнем Востоке из-за предсказуемого законодательства, высокого качества правового режима и низкой налоговой нагрузки. Но возникает вопрос: какую юрисдикцию выбрать? В ОАЭ одна из самых низких ставок корпоративного налога, но трудный комплаенс и долгое открытие счетов. В Катаре нет подоходного налога, но нужно платить альтернативный — закят. В свободных экономических зонах Омана действуют налоговые каникулы до 30 лет. В чем особенности каждой из этих юрисдикций и какую из них выбрать для ведения бизнеса — разбираем с экспертами.
Ближний Восток сочетает умеренную налоговую нагрузку, стабильную экономическую политику и развитые финансовые центры. Поэтому местные юрисдикции становятся удобной «точкой сборки» для структурирования активов в Азии, Африке, СНГ и даже Европе. Их привлекательность усиливает доступ к финансовым инструментам, гибкие визовые программы, специальные режимы для семейных офисов и отсутствие валютного контроля. При этом регион активно адаптирует регулирование под стандарты международного налогового комплаенса, что позволяет выстраивать устойчивые и легальные холдинговые структуры.

Для международных инвесторов и финансовых институтов ключевое значение имеют предсказуемость законодательства, качество правового режима и налоговая нагрузка. Именно эти параметры определяют, насколько комфортно и безопасно вести бизнес, заключать сделки и защищать капитал.
Мария Никонова, партнер PGP Tax&Legal Middle East
«Ближний Восток уже не рассматривается как офшор, скорее как новый центр с благоприятным режимом для создания и обслуживания международных управляющих и холдинговых структур», — говорит партнер Amond & Smith Ltd Владимир Фокин. Руководитель международной практики UCL Ратмир Проскурнов также считает, что регион имеет высокий потенциал, чтобы стать международной платформой для холдингов благодаря сочетанию развивающейся регуляторной среды и налоговых стимулов. Почти все страны Персидского залива разрешили 100%-е иностранное владение компаниями (кроме стратегических отраслей), в большинстве юрисдикций нет налога на дивиденды и валютного контроля, а прибыль можно свободно репатриировать. Он отмечает, что страны Ближнего Востока активно развивают свободные зоны и обновляют законодательство, уходя от сугубо шариатской модели к светскому регулированию и прозрачным условиям для бизнеса.
По словам Никоновой, страны Персидского залива выстраивают интересный баланс в налоговой политике. С одной стороны, они формируют образ зрелых юрисдикций: вводят корпоративные налоги (последним о них объявил Бахрейн), присоединяются к международным инициативам вроде Pillar 2 о минимальной эффективной ставке. С другой — сохраняют значимые стимулы. Саудовская Аравия запустила льготный режим для региональных штаб-квартир, а в ОАЭ, Омане и Катаре продолжают работать свободные экономические зоны, позволяющие снижать налоговую нагрузку в отдельных видах деятельности.
Эксперт считает, что тренд на формирование ближневосточных хабов долгосрочный при условии сохранения стабильности и предсказуемости правил. Вероятность этого высока: страны региона изначально строят модель налогово-привлекательной, но легитимной юрисдикции, стремясь избежать репутации налогового убежища. Их подход основан не на сокрытии капитала, а на создании регулируемых, признанных международным сообществом площадок. Даже если международное давление на льготные режимы усилится, корректировка будет эволюционной — через повышение ставок или сужение льгот, но не через резкий запрет, подчеркивает Никонова.
Юристы отмечают, что ключевые трудности при выходе на рынки ОАЭ, Омана, Катара и Бахрейна связаны с комплаенсом и банковскими процедурами. Несмотря на репутацию открытых юрисдикций, местные регуляторы и банки действуют очень осторожно и запрашивают детальные подтверждения источников средств, структуры владения, деловой цели и реальности бизнеса.
С точки зрения налоговой практики типичная ошибка — недооценка локального регулирования и восприятие стран Залива как офшоров. Инвесторы не всегда учитывают, что в этих юрисдикциях уже действуют правила трансфертного ценообразования, требования экономического (адекватного) присутствия и есть сложная налоговая отчетность. Неверно выбранная свободная зона, структура владения или даже форма сделки могут привести к утрате льгот и появлению дополнительных налоговых обязательств, подчеркивает Никонова. Поэтому компаниям важно сразу выстраивать структуру с участием местных консультантов и юристов, закладывая в нее не только налоговую эффективность, но и устойчивость с точки зрения комплаенса.
ОАЭ
Число российских компаний, работающих на рынке ОАЭ, за пять лет выросло в несколько раз. Эксперты связывают такой рост с понятной инфраструктурой и бизнес-моделями, большим опытом работы в этом регионе и с ратификацией соглашения России и ОАЭ об устранении двойного налогообложения. К тому же с этого года ОАЭ исключили из перечня офшоров. Новое соглашение устанавливает порядок налогообложения доходов всех резидентов двух государств. Оно предусматривает налоговую ставку в 10% на доходы от процентов, дивидендов и роялти.
Сейчас корпоративный налог в Эмиратах составляет 9%, НДС — 5%. При регистрации компании в свободной экономической зоне и выполнении определенных условий могут применить нулевую ставку корпоративного налога. Фокин рассказывает, что объем отчетности там минимален, а внедрение корпоративного налога сопровождается упрощенной процедурой регистрации и подачи деклараций.
Компании, занимающиеся научно-исследовательскими и опытно-конструкторскими работами, имеют право зачесть часть расходов в счет уплаты корпоративного налога или глобального дополнительного налога (Domestic Minimum Top-up Tax, DMTT). Сумма зачета зависит от величины расходов на инновации и численности задействованного персонала (Решение министра финансов ОАЭ от 18.03.2026 года № 24). В некоторых случаях она может достигать 50%. Льготы доступны для налоговых периодов, начавшихся не ранее 1 января этого года. Неиспользованный налоговый зачет можно перенести в последующие налоговые периоды или финансовые годы для погашения обязательств по DMTT, а также передать другому лицу, говорит директор BaOne UAE Реваз Читая. По словам партнера Б1 – Консалт Алексея Кузнецова, механизм налогового зачета отлично стимулирует компании, локализующие инновационные проекты и разработки в ОАЭ. Для использования этого механизма эксперт рекомендует провести комплексную оценку деятельности фирмы и ее текущих проектов на предмет соответствия критериям, а также проанализировать налоговые последствия.

К недостаткам ОАЭ можно отнести достаточно трудоемкую процедуру комплаенса и открытия банковских счетов для компаний с участием российских бенефициаров.
Сергей Сергеев, старший юрист Better Chance
Эмираты Аджман, Рас-эль-Хайма и Фуджейра в составе ОАЭ предоставляют полный налоговый иммунитет и минимальные требования к экономическому присутствию, что делает их особенно выгодными для холдинговых и управленческих структур. Фокин считает, что эти площадки остаются в тени более известных регионов (Дубая, Абу-Даби, Джебель-Али и Шарджи), хотя по совокупности условий часто выигрывают как инструменты международного структурирования.
ОАЭ также предлагают неналоговые преимущества, например отсутствие валютных ограничений и доступ к развитой банковской инфраструктуре. Все взаимодействие с государством, банками и свободными зонами может происходить в электронном виде. В этой юрисдикции действует смешанная система права. Здесь есть свободные экономические зоны с автономным регулированием, где используют нормы английского права (DIFC и ADGM).
По словам Никоновой, проверки в ОАЭ только начинают набирать обороты. Федеральное налоговое управление (Federal Tax Authority) активно расширяет штат, а рынок еще не сформировал устойчивую практику взаимодействия с регулятором. Санкции при этом остаются жесткими: административные штрафы могут достигать 200% от суммы неуплаченного налога. Кроме того, правила часто уточняются или пересматриваются, иногда даже с обратной силой, что повышает неопределенность и требует от бизнеса постоянного мониторинга изменений. Поэтому важно внимательно анализировать налоговые обязательства, документировать позиции, создавать защитные файлы и работать в связке с юристами и консультантами, которые следят за изменениями практики.
