Menu

Интеллектуальный дайджест за март: принудительные лицензии и временное управление ИС ушедших компаний

Поделиться Интеллектуальный дайджест за март: принудительные лицензии и временное управление ИС ушедших компаний

Первый месяц весны отличился рядом практикообразующих позиций. Верховный суд поддержал позицию ФАС в споре о выводе на рынок дженерика, а Конституционный суд прояснил порядок выдачи принудительных лицензий. Кроме того, СИП сразу в двух делах отменил постановления апелляций на крупные суммы. Тем временем Роспатент посчитал, что товарные знаки Fanta и Sprite недостаточно узнаваемы в России и не стал присваивать им статус общеизвестных. А вот «Брест-Литовск» после двух отказов и судебного разбирательства все же включили в этот перечень.

Тема месяца: порядок выдачи принудительных лицензий на изобретения

Конституционный суд разъяснил порядок выдачи принудительных лицензий на запатентованные изобретения по п. 1 ст. 1362 ГК, который позволяет выдавать их при недостаточном использовании (постановление № 13-П). Поводом стали жалобы «Санофи Россия» и Vertex Pharmaceuticals, которые считали, что норма сформулирована слишком широко и позволяет судам произвольно решать, когда патент используют недостаточно.

КС признал сам механизм конституционным. Суд указал, что принудительная лицензия помогает сохранить баланс между исключительными правами и публичными интересами, но применять ее можно только как исключительную меру. Она не лишает правообладателя патента, а лишь временно ограничивает его монополию в пределах, необходимых для насыщения рынка.

Суд также пояснил, что оценивать нужно не сам факт поставок, а способность правообладателя обеспечить рынок нужным объемом продукции. Если спрос не покрыт и возникает дефицит, использование патента могут признать недостаточным, в частности из-за санкционных или логистических ограничений. В фармацевтических спорах суды вправе учитывать и ценовую доступность препарата, а не только его физическое наличие.

КС отдельно подчеркнул, что принудительная лицензия — это не мера ответственности. Заявитель должен доказать основания для ее выдачи, а правообладатель — опровергнуть эти доводы или показать, что недостаточное использование вызвали уважительные причины. Саму лицензию суд должен ограничить по сроку и объему, исходя из реальной потребности рынка, при сохранении для правообладателя рыночного вознаграждения.

Постановление дало судам общий вектор, но не сняло все вопросы. Многие участники фармрынка ждали более четких ориентиров в том, что именно считать недостаточным использованием изобретения, однако вместо исчерпывающих критериев КС обозначил лишь рамочные подходы.

Как бесспорно разъяснил Конституционный суд, жизнь человека — это высшая ценность, без которой утрачивают свое значение иные гражданские права. Соответственно, защита жизни и здоровья граждан, если того требуют обстоятельства, приоритетна над обычным режимом реализации других прав. Закономерен вывод суда о том, что соблюдение интеллектуальных прав не должно конфликтовать с конституционным правом на охрану здоровья, поскольку само проистекает из указанного права.

Анна Молчанова, адвокат, патентный поверенный, руководитель практики интеллектуальной собственности, заместитель управляющего партнера K&P.Group

Молчанова считает, что при рассмотрении споров о принудительных лицензиях судам важно учитывать, что такая мера носит экстраординарный характер и требует глубокой оценки обстоятельств конкретного дела. При этом речь идет не только о самом использовании патента, но и о том, хватает ли рынку продукции, какова реальная потребность в препарате, как заболевание влияет на качество и продолжительность жизни пациентов, какой терапевтический эффект дает лекарство и есть ли у него альтернативы.

Практика 12 марта 2026 Когда можно ограничить патент: позиция Конституционного суда по принудительным лицензиям

Кроме того, на недостаточное использование патента могут указывать отказ от поставок или систематическое уклонение от участия в торгах. Значение имеет и ценовая политика правообладателя: если препарат закупают за счет бюджета, особенно для терапии орфанных заболеваний, необоснованно высокая цена может противоречить общественным интересам. Суды должны оценивать и возможности потенциального лицензиата: способен ли он наладить выпуск или продажи эквивалентной продукции и обеспечить ее качество. Такой подход, считает Молчанова, сделает решение вопроса о выдаче принудительной лицензии более прозрачным, а дальнейшая практика покажет, как эти критерии будут применять на деле.

Директор по юридическим вопросам «АстраЗенека» по России и Евразии Константин Пануровский, напротив, обращает внимание, что КС признал: оценочные понятия в ст. 1362 ГК нуждаются в дальнейшем уточнении со стороны законодателя и Верховного суда. По его мнению, заметный акцент на ценовой доступности может подтолкнуть практику к новому способу доказывания недостаточного использования изобретения, но такой подход пока не учитывает специфику разработки инновационных препаратов и стоимость их вывода на рынок.

Без должного внимания остались характерные черты современного российского здравоохранения. Например, в качестве аргумента в пользу недостаточности использования патента на практике часто используются сведения из открытых источников об отмене аукционов на тот или иной препарат. Но аукционы отменяются достаточно часто по многим причинам, в том числе технического характера. В частности, это отмечалось и в недавнем отчете Счетной палаты по итогам аудита сферы здравоохранения за 2025 год.

Константин Пануровский, директор по юридическим вопросам «АстраЗенека» по России и Евразии

Узнать стоимость работы юриста по вашему вопросу
Заполните данную форму и получите расчет стоимости по разрешению вашего спора как в досудебном порядке, так и в ходе судебного разбирательства.
Смотрите также: