Menu

Где судиться на Ближнем Востоке: госсуды, международные финансовые центры и арбитражные институты

Поделиться Где судиться на Ближнем Востоке: госсуды, международные финансовые центры и арбитражные институты

В регионе очень развита судебная и арбитражная инфраструктура, но универсального выбора нет: многое зависит от сторон, места нахождения активов, сложности спора, а потому каждый вариант имеет плюсы и минусы. Так, госсуды хорошо подходят для простых споров и получения обеспечительных мер, но все производство будет на арабском языке и вести дело могут только местные юристы. Суды международных финансовых центров больше нацелены на иностранный бизнес, но и расходы здесь будут выше. При этом фаворит, по мнению юристов, все равно международный арбитраж. Какие преимущества и недостатки есть у каждого варианта и когда какой форум выбирать — в материале.

Бурное развитие бизнеса, привлечение инвестиций и фокус на создание международных экономических центров в регионе неизбежно влияет и на развитие судебной инфраструктуры. Поэтому на Ближнем Востоке сформировалась многоуровневая система судов и арбитражных центров, которая подходит как для местного бизнеса, так и для международных компаний.

Государственные суды Ближнего Востока

В каждой стране региона есть своя судебная система, которая строится по стандартным правилам: суды первой инстанции, апелляция и кассация. В некоторых странах отдельно работают коммерческие суды, которые аналогичны российским арбитражным судам и рассматривают споры с участием компаний и предпринимателей. Такие учреждения есть в ОАЭ, Саудовской Аравии, Катаре и Бахрейне. А в октябре прошлого года в Омане начал работать Инвестиционно-торговый суд (Court of Investment and Commerce), юрисдикция которого также распространяется только на коммерческие и инвестиционные споры.

У разбирательств в госсудах Ближнего Востока есть свои особенности. В первую очередь, судопроизводство ведется на арабском языке. Это законодательно закрепленное правило, которое распространяется и на процессуальные документы — их нужно обязательно перевести на арабский. А это существенно увеличивает судебные издержки еще до начала разбирательства, уточняет партнер практики международных споров и санкций BGP Litigation Сергей Морозов.

Другое ограничение выражается в том, что представлять интересы сторон в госсудах могут только местные адвокаты, у которых есть гражданство той или иной страны Ближнего Востока. Из-за этого нужно знать локальных юристов и работать с ними совместно. «Это повышает зависимость от местных консультантов, их знаний, порядочности и профессионализма, поскольку проконтролировать, что именно происходит в процессе, вы не можете. Если представить себе неприятную ситуацию, когда юристы совершат ошибку или пропустят какой-то срок, вы узнаете об этом, только когда юристы вам честно об этом расскажут», — говорит партнер и руководитель практики международного арбитража и судебных разбирательств Denuo Андрей Панов.

Подписываясь под юрисдикцией любого иностранного вам суда, вы покупаете кота в мешке: вы никогда не узнаете заранее все особенности процедуры, ваши процессуальные возможности, что можно и что нельзя, что от вас может потребоваться. Даже если спросить у местных литигаторов, они все равно не смогут вам рассказать обо всех процессуальных особенностях, потому что они не будут знать, что именно вам неочевидно в их судебных процессах.

Андрей Панов, партнер и руководитель практики международного арбитража и судебных разбирательств Denuo

Учитывая это, принимать юрисдикцию госсудов Ближнего Востока стоит в исключительных случаях. Например, по мнению Морозова, это актуально, если ответчик зарегистрирован в одной из стран Ближнего Востока или значительная часть его активов расположена в этом регионе. Еще это вариант для потенциально неарбитрабельного спора и для стороны, у которой нет достаточно средств для финансирования арбитражного разбирательства. Обращаться в госсуды можно и в том случае, если разбирательство там окажется быстрее и дешевле, а стороны уверены в нейтральности форума, добавляет партнер практики разрешения споров Дякин, Горцунян и Партнеры Ян Калиш.

По мнению партнера и руководителя практики разрешения споров UCL Сергея Левичева, государственные суды — это еще хороший вариант для стороны, которая выступает истцом в относительно простом споре. Дело в том, что у госсудов есть различные варианты принятия обеспечительных мер: арест активов, запреты на выезд, меры в отношении директоров и акционеров. Кроме этого, при разрешении спора в государственном суде исполнение решения будет происходить напрямую, без дополнительных стадий, напоминает юрист.

Островок общего права в океане гражданского права

Бывший главный судья Дубайского международного финансового центра (DIFC) Майкл Хван назвал суды Международных финансовых центров (МФЦ) региона «островком общего права в океане гражданского права». По общему правилу в странах Ближнего Востока действует континентальная правовая система, но на территории таких центров установлено регулирование на основе английского права и работают суды со специальной юрисдикцией и судопроизводством на английском языке. Это, например, суды Дубайского международного финансового центра, Глобального рынка Абу-Даби (ADGM) и Финансового центра Катара (QFC Civil and Commercial Court). Еще подобное учреждение есть с 2024 года в Бахрейне — Международный коммерческий суд (Bahrain International Commercial Court).

Эти институты создавали специально для разрешения споров с иностранными компаниями и инвесторами, поэтому там выбрали английское право: оно обеспечивает уровень доверия, сравнимый с таковым в судах Великобритании, США и ведущих европейских юрисдикций, объясняет Левичев. При этом такие суды входят в общую судебную систему соответствующих стран, их решения равны по силе решениям госсудов, но в них действуют свои процессуальные правила.

Одно из преимуществ таких судов — это прогнозируемость результата. Процессуальные правила судов DIFC и ADGM примерно на 90% совпадают с правилами судов Англии и Уэльса, там применяются те же правовые принципы, а субсидиарно — английское право. Судебная практика публикуется и доступна, что позволяет заранее оценивать перспективы спора.

Сергей Левичев, партнер и руководитель практики разрешения споров UCL

Еще это позволяет обеспечить нейтральность суда по отношению как к местным, так и к зарубежным сторонам, добавляет Калиш. Кроме того, в составы судов привлекают наиболее выдающихся юристов с международным бэкграундом, что повышает уверенность в компетентном разрешении сложных и значимых дел. А для российских сторон особенно важно формальное отсутствие санкционных ограничений со стороны стран Персидского залива: суды МФЦ не признают и не применяют санкционные режимы ЕС, США, Великобритании и других стран против РФ. Но несмотря на это, нужно быть готовым к повышенному комплаенсу со стороны банков, что влияет на оплату арбитражных сборов, юридических услуг и исполнение решения, обращает внимание Калиш.

Левичев указывает еще одно преимущество таких судов: возможность привлекать международные юридические фирмы и не зависеть полностью от местных адвокатов. Кроме этого, у каждого суда в МФЦ есть свои особенности и положительные стороны.

DIFC и ADGM

DIFC — это один из основных центров для разрешения споров в регионе, что подтверждает и рост числа дел, и значительные суммы исков (больше $5 млрд в 2025 году). Особенность этой зоны в том, что стороны могут добровольно подчиниться юрисдикции местных судов путем письменного соглашения, даже не имея какой-либо связи с DIFC (opt-in). «Такой механизм позволяет, например, двум компаниям из России и Саудовской Аравии выбрать DIFC как нейтральный форум для разрешения спора, не регистрируя юридическое лицо в Дубае и не имея там активов», — разъясняет Калиш. Но нужно учитывать, что иногда использование такого механизма могут оспорить, а отсутствие какой-либо связи с юрисдикций потенциально осложнит исполнение решения.

Еще суды DIFC позволяют использовать так называемую транзитную юрисдикцию (conduit jurisdiction), то есть они могут признать иностранное решение, чтобы затем его исполнили в госсудах Дубая. Калиш приводит пример: кредитор с решением английского суда на руках может «провести» его через DIFC и взыскать активы должника в ОАЭ, минуя сложности с прямым исполнением иностранных решений в госсудах.

Дополнительно суды DIFC обладают развитым и гибким механизмом обеспечительных мер: они вправе выдавать приказы об аресте активов, о раскрытии информации, о запрете судебных действий и иные меры, включая экстренные распоряжения без вызова сторон.

Процедура ориентирована на стандарты общего права и отличается высокой скоростью рассмотрения, что делает DIFC одним из наиболее эффективных форумов для получения срочной судебной защиты. В Бахрейне и Катаре также доступен широкий круг обеспечительных мер, но там следует ожидать несколько более консервативного подхода в их применении.

Ян Калиш, партнер практики разрешения споров Дякин, Горцунян и Партнеры

С 2020 года в ADGM также можно использовать opt-in юрисдикцию, то есть через договор подчинить разрешение споров этому центру, но транзитная юрисдикция уже запрещена. «Соответственно, ADGM подходит прежде всего как основной форум для разрешения спора, но не как промежуточный механизм для исполнения решений третьих юрисдикций», — разъясняет Калиш. По его мнению, главная особенность этого центра в том, что здесь автоматически применяются прецеденты английского права и само регулирование в актуальной редакции. В итоге стороны получают наибольшую степень правовой определенности.

Узнать стоимость работы юриста по вашему вопросу
Заполните данную форму и получите расчет стоимости по разрешению вашего спора как в досудебном порядке, так и в ходе судебного разбирательства.
Смотрите также: